В казахском обществе традиция печь семь шелпеков (лепёшек из бездрожжевого теста) не утратила своей актуальности и по сей день. Однако за пеленой обыденности мы не всегда замечаем, как трансформировались концепция и содержание этого обряда. Понятие «семь шелпеков» − это уникальный сплав мифов, верований и обычаев, где культ предков (аруахов) тесно переплетается с житейским укладом разных регионов. Но как зародился обряд раздачи семи шелпеков? Обряд, рождённый верой в семь святых. Семь шелпеков − это ритуальное блюдо, хлеб, который раздаётся в качестве милостыни (садака). Изначально этот обряд был посвящён почитанию семи святых («Жеті әулие»). Со временем его содержание трансформировалось. Казахские женщины, когда в доме случались неурядицы или болезни, готовили семь лепёшек-күлше в табе (сковороде). Было принято раскатывать тонкие шелпеки, жарить их в масле и раздавать соседям или случайным путникам.
Кроме того, если кто-то видел во сне усопших предков, считалось, что их духи «ждут угощения» (дәметіп жүр). В такие моменты, а также в годовщины смерти родственников, обязательно жарили семь шелпеков. Важно было, чтобы по дому разошёлся аромат калёного масла (иіс шығару) − верили, что этот запах доходит до душ предков. Также обряд проводили в знак благодарности за спасение − если человек получил травму, но остался жив, или чудом избежал смертельной опасности.
Принимающий угощение обязательно должен ответить благословением: «Пусть пожелания будут приняты!» − Қабыл болсын! Что касается самого названия обряда, то оно закрепилось исторически: согласно сложившейся традиции, лепёшки разносили по семи домам соседей или близких, отсюда и пошло − «жетi шелпек». Однако само число приготовленных шелпеков не всегда строго ограничивалось семью. Хозяйка могла испечь и десяток: часть раздавали, а оставшиеся съедали сами в кругу семьи после прочтения молитвы (дұға).
Семь лепёшек
В казахской традиции понятие «жеті шелпек» максимально близко и знакомо каждому. Тем не менее, в зависимости от региона, название варьируется: на юге и западе Казахстана чаще говорят «жеті нан», в Присырдарье − «жеті күлше», а на востоке страны закрепилось именно «жеті шелпек». Число семь издревле служило фундаментом для создания множества устойчивых выражений и народных афоризмов (паремий). Это не случайно: число семь в сознании кочевника − цифра магическая, тесно вплетённая в мифологическое, религиозное и бытовое мироощущение народа.

В народном языке это священное число прочно закрепилось в самых разных контекстах: жеті ата (семь предков), жеті әулие (семь святых), жеті қазына (семь сокровищ), жеті қарақшы (созвездие Большой Медведицы), жеті қат көк (семь небесных сфер), жеті қараңғы түн (непроглядная тьма), жеті тозақ (семь кругов ада) и многие другие. Следовательно, понятие «семь шелпеков» уходит корнями в глубокое прошлое казахского мировоззрения. Приготовление шелпеков или баурсаков неразрывно связано с архаичным ритуалом «окуривания маслом» (май қоңырсыту, иіс шығару). Глубинный смысл обряда кроется в древнем поверье: считается, что души предков получают духовную пищу через сам аромат, исходящий от блюд из злаков в процессе их жарки.

Учёные-этнографы отмечают, что изначально этот сакральный акт был наиболее характерен для оседло-земледельческих культур. В то же время у казахов Севера, Центра, Востока и Запада − в исконно животноводческих регионах − эта традиция вплоть до недавнего времени практически не встречалась. Там ритуал поминания традиционно совершался через забой жертвенного барана (тоқты-торым). Есть все основания полагать, что обычай раздачи семи шелпеков, зародившийся в мукомольных краях Юга и Присырдарьи, начал массово распространяться по всему Казахстану и приобрёл общенародный масштаб лишь в 1950-1960 годах.

Сакральная сила семи шелпеков
Согласно старинным поверьям, в былые времена пекли не семь, а восемь шелпеков. Существовало опасение: один из семи шелпеков, посвящённых семи святым (жеті әулие), может «перехватить» или осквернить шайтан. Чтобы ритуал не утратил своей силы, количество лепёшек намеренно увеличивали на одну. В народе и по сей день живо убеждение: «Семь шелпеков оберегают от семи бед» (жеті шелпек жеті пәледен құтқарады). Это устойчивое выражение уходит корнями в глубокую древность, тесно переплетаясь с народными легендами и мифологическими преданиями о защитной силе священного числа.

До наших дней дошла легенда, связывающая сакральную силу семи шелпеков с судьбой одного молодого охотника. Этот человек не просто промышлял охотой, но и часто разорял гнёзда горных птиц, принося домой яйца, чтобы побаловать своих детей. Уходя на промысел, он мог неделями блуждать среди скал и ущелий. Однажды, собираясь в очередной поход, охотник увидел сон, от которого проснулся в леденящем ужасе. Терзаемый смутными предчувствиями, перед уходом он велел жене: «Испеки семь шелпеков и раздай их нуждающимся». В тот самый раз путь привёл его к гнезду горного орла. Птица же, словно предчувствуя возвращение человека, перед тем как улететь на охоту, обратилась к самим горам с просьбой уберечь своё потомство.

Беркут пронзительно крикнул: «Если кто-то чужой посмеет коснуться моего гнезда − дайте мне знать. Я сброшу наглеца в бездну и выклюю ему глаза!». Спустя время птица вернулась, но гнездо вновь оказалось пустым. Птица в великой скорби воззвала к вершинам: «Я ведь молила вас подать весть и сберечь моих птенцов! Кто снова похитил их?!» И тогда горы ответили: «Мы и сами хотели подать тебе знак, готовы были встать на защиту, но с семи сторон нас сковали семь могучих сил, не давая пошевелиться». Считается, что именно из этой древней легенды и родилось крылатое выражение: «Семь шелпеков − заслон от семи бед» (Жеті шелпек жеті пәледен қорғайды).

Семь шелпеков и ислам

Арабы не пекут семь шелпеков − в их культуре такого обряда попросту не существует. И хотя в строгих канонах ислама ритуал раздачи семи лепёшек напрямую не прописан, само действие − угостить путника или накормить нуждающегося − считается глубоко богоугодным делом (савабом). Таким образом, в этом казахском обряде прослеживается древнее мироощущение, которое гармонично перекликается с общечеловеческой ценностью во всех религиях мира: стремлением совершать добро и получать в ответ искреннюю благодарность и благословение народа (алғыс).

Помимо казахов, традиция выпекания шелпеков существет и у других тюркских народов. Предки азербайджанцев и турков ещё до своего исхода из кыпчакских степей начали адаптироваться к полуоседлому образу жизни: они сеяли зерновые и мололи муку, поэтому обычай печь шелпеки сохранился у них и по сей день. Узбеки также готовят лепёшки с отверстием посередине, чтобы совершить обряд «иіс шығару» − пустить по дому аромат калёного масла. Интересно различие в восприятии: если для кочевников сакральным продуктом и символом благодати всегда считался жир (май), то у оседлых земледельческих народов его место заняли хлеб и шелпеки.

Автор: Досымбек Катыран

Материал взят со страницы в Фэйсбуке Nomads of the Great steppe